Кто правду несет, тому всех тяжелей Экономика и Мы Народная экономическая газета. Издается с 1990 года
Актуальные курсы валют
  • Курс доллара USD: 57,4762 руб.
  • Курс евро EUR: 60,4535 руб.
  • Курс фунта GBP: 71,8050 руб.
Февраль
пн вт ср чт пт сб вс
    01 02 03 04 05
06 07 08 09 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28          

МОРТАЛЬНОСТЬ ПРОТИВ РАЦИОНАЛЬНОСТИ

МОРТАЛЬНОСТЬ ПРОТИВ РАЦИОНАЛЬНОСТИ ​«Есть тысяча причин, по которым мышлению нужно представление о Боге» - писал поэт А.Лонгринов[1] . – «И первая из них – чтобы не сойти с ума. Об остальных, как вы понимаете, после такой причины, говорить уже необязательно»… Что имеет в виду образное выражение поэта? Конечно, связному мышлению необходима точка начала отсчёта, точка Абсолюта – того, что было прежде всего и будет после всего. В мире без Бога этим Абсолютом с неизбежностью становится Смерть, ибо больше ничего бесконечного и безначального в мире материи нет. Только небытие – всему предшествует и всё завершает…

Абсолютизируя смерть – мы начинаем ей поклоняться как первоначалу и всеитогу, что вступает в резкое противоречие с инстинктом выживания, с биологической борьбой со смертью, заложенной в каждом живом существе. Мы предаем даже не душу – а ещё и своё биологическое тело, поклоняясь (в абсолютизации) тому, что этому телу (и уж тем более душе) – враждебно и ненавистно.

Но любая, даже робкая попытка предположить, что жизнь, по крайней мере, не слабее и не меньше смерти (в идеале – конечно же, сильнее и больше) – приводит разум к гипотезе Бога, который по определению и есть Абсолютная, вечная Жизнь, противостоящая Абсолютной, вечной Смерти, мир бытия - противостоящий вечному небытию.

Может ли живое (обладающее инстинктом выживания, самосохранения) существо – отказаться от идеи Бога и при этом не сойти с ума, не погрузиться в шизофрению по принципу «существующее на самом деле не существует, а существует на самом деле только несуществующее» и т.п.?

Конечно, при сохранении связности, последовательности и системности мышления отказаться от идеи Бога и не сойти с ума – невозможно. Поэтому безбожнику приходится делать выбор между безумием и связностью мышления.

Кстати, по латыни «связное» - «religare». Т.е. калька «религиозного» на русский язык будет «связное», «связывающее»[2]. Мышление бессвязное и разорванное, ограниченное жесткими рамками узости рассматриваемых предметов – может быть безбожным, и при этом (в пределах сегмента своей узкой предметности) - логическим, рациональным.

Вышесказанное – одно из великих открытий знаменитого логика У.Оккама, комментировавшего Аристотеля. Аристотель полагал, что логика, как таковая и доказательства бытия Божия неразрывно связаны, и давал их именно в таком виде. Оккам доказал, что знание об А и заблуждение о Б вполне могут сосуществовать, в отличии от несовместимости знания об А и заблуждения о нём же.

То есть, если мы разделим мышление, как корабль, на водонепроницаемые переборки, то можем (неизвестно, правда, зачем) совместить безбожие и здравый практический рассудок в определенных вопросах и вещах.

Недаром из Оккама, как я уже писал, вырастает вся секуляристская европейская традиция мыслителей – его идеи повторяют (иногда просто плагиатируют) – Р.Декарт, И.Кант, Г.Гегель и даже (вы удивитесь) – З.Фрейд. Безусловно и марксизм, и дарвинизм тоже вытекают из оккамизма, как метаидеологии, праматери всех секулярных европейских идеологий.

До Оккама атеизм мог существовать только в виде бездумного карнавала, хулиганства, кривляния, придуривания. Именно такой он в традициях раблезианства (праотца всякого евро-американского придурковатого гедонизма-приколизма).

После трудов заложившего евро-магистраль Оккама (притом что сам Оккам атеистом вовсе себя не позиционировал, и, видимо, не считал себя таковым) – атеизм обрел возможность сочетаться с глубоким и серьёзным мышлением.

К тому же, как знают внимательные читатели газеты «Экономика и Мы» - глубина прямо пропорциональна узости погружения (при равной энергии, поданной на два сверла, глубже войдёт более узкое сверло).

Чем уже и ограниченнее предмет рассмотрения ума – тем глубже и основательнее может мысль погрузиться в его познание.

Таким образом, развитие (углубление) науки и техники было неразрывно связано с ростом узости мышления, сосредоточенного на частном предмете, не выходящем на широкие обобщения и всемирно-вселенские загадки для ума.

Нельзя быть философом, отрицать Бога, и при этом не сойти с ума, не породить что-то очень гнусное, омерзительное, кровавое и чудовищное. Но вполне можно без всякой мысли о Боге оставаться прекрасным и полезным узким специалистом, прагматически зациклившим всю свою психическую энергию на узкой теме.

Оккам кладёт идею «двойной истины» в основании своего разделения науки и религии. Если религия – связное мышление (просто по смыслу слова) – то наука становится мышлением «развязанным», дискретным, разделенным. Она бесконечно дробиться на предметы, которые всё мельче и мельче, и не пытается сделать общемировых обобщающих выводов.

У неё – заверял Оккам – свои истины, а у религии – свои. Эта идея «двойной истины» была популярна в Средние Века и до Оккама, хотя Фома Аквинский (творец христианской европейской идентичности) – категорически её отвергал.

Фома и католическая церковь того времени прекрасно понимали, что «двойная истина» по своей сути – шизофреническая теория, она ведет человеческий разум к расколу, раздвоению личности, жестокому конфликту между полушариями одного и того же мозга.

В самом деле, как же это так: человеку, как верующему, нужно предельное обобщение, общая картина мира, а ему же, как исследователю бабочек – нет? При исследовании бабочек он может прийти к выводам, категорически противоречащим его убеждения, как верующего. И что же это такое в итоге будет?

Оккамизм – предложил технически очень интересное решение по отысканию пазухи, некоего третьего мира между полной религиозностью и полным безумием.

Оккам (а за ним Кант, Декарт, Гегель, Фрейд и др.) – отделил атеизм от психиатрического диагноза и создал респектабельную (в отличии от животного раблезианства) версию психики, которая умеет:

  • 1.Мыслить глубоко и логично
  • 2.Не верит в Бога (следовательно, отрицает Жизнь, Смысл, Добро и т.п.)
  • 3.Не сходит при этом с ума в клиническом смысле.

Конечно сейчас для нас (после веков работы оккамической системы мысли) – в перечисленных пунктах нет ничего удивительного. Но для эпохи Оккама (как и века спустя) – это было почти немыслимо, почти невозможно. До Оккама наука, познание, философствование и вера в Бога (просвещение и просвЯщение) – казались нерасторжимыми сторонами одной медали.

Оккам предположил, что по мере развития глубины мысли будет нарастать и узость её приложения, а по мере роста узости – будут сняты метафизические потребности ума. Как вертолёт с помощью ухищрения технической мысли отрывается от земли, побеждая земное притяжение – так и узкая специализированная мысль, особым образом подготовленная, сможет освободить себя от неизбежной связки безумия с безбожием. В обоих случаях имеется закон природы – и технический способ его преодоления.

Но вертолет преодолевает силу тяготения – а не отменяет её. Когда кончится топливо – вертолёт рухнет, повинуясь закону природы.

Точно так же и оккамизм не отменяет нерасторжимость связи безбожия с безумием: он лишь преодолевает её в специальных технических условиях, при особой постановке факторов и взаимодействий.

При безбожии никуда нельзя уйти от абсолютизации (т.е. обожествления) смерти. Можно просто об этом не думать, как бы отсечь линию логики, посылок и умозаключений.

Это – всё равно, что замуровать дверь: что за дверью – всё равно интересно, и кто-нибудь обязательно заглянет туда, преодолев запрет. Тем более, что запретный плод сладок…

Как только вы обожествите смерть – у вас начнут появляться, мягко говоря, «странные» (а на самом деле совершенно безумные) мысли и мотивации. Невозможно безнаказанно быть живым, принадлежать к миру живого – и в то же время обожествлять его и собственную противоположность.

В частности, здесь лежит разгадка «перестройки» - массового безумия, когда толпы сумасшедших в буквальном смысле в пух и прах разгромили очень комфортную и благополучную систему жизнеобеспечения, оказавшись в итоге в смертоносном диком поле. Это безумное и бездумное равнодушие к собственным интересам и будущему своих детей, это безумное и бездумное бесстрашие перед кошмарами рынка – порождение, конечно же, не плановой экономики, а атеистической идеологии.

Конечно, узкие специалисты могут оставаться вполне квалифицированными и эрудированными на своих местах. Вполне по Оккаму, они могут быть прекрасными инженерами или химиками, космонавтами или домохозяйками, прекрасными семьянинами и надежными друзьями. Но при всякой попытке задать вопросы общие, о мироздании вообще – с этими прекрасными и узко-благоразумными людьми случится психоэпилепсия, которую мы наблюдали у «перестроечных» толп.

Безумие – закрытое за переборками узких специализаций – начнет вырываться наружу при попытке человека преодолеть свою ограниченность и подумать обо всём сразу, обо всех сразу.

Советская экономика отличалась очень высокими степенями уважения к человеку, надежности и комфорта (несопоставимыми, в частности, с нынешним положением простого человека). Но чтобы это оценить по настоящему – нужно быть теистом. В противном случае «странные» мысли и выводы заполнят всю голову, и получится «перестройка»…

Главная её причина – разрыв в понимании взаимосвязи причин и следствий. Если разум утратил способность анализировать причины событий и вычислять их возможные последствия – то, конечно, безумие поступков гарантировано, и ни о каком рациональном понимании мира речи быть не может.

Но именно в этом и заключается философская методология оккамизма (основа и платформа для всей последующей секулярной Европы): всё существует само по себе, в единственном экземпляре, всё непознаваемо (вещь в себе – будущий Кант), наука обсуждает не предметы, а впечатления от предметов. Нет взаимосвязи с Единым началом и целостности – оттого у Оккама и существование Бога «недоказуемо разумом» (потом это перепишет у него И.Кант).

Иначе говоря, оккамов (и всей последующей постхристианской Европы) мир – это такой тёмный чулан, набитый случайными вещами, которые мы случайно выхватываем из темноты лучом фонаря-разума, и каждое последующее видение (именно видение, а не факт) – никак не связано с предыдущим и последующими.

Оккам, конечно, не атеист (он даже монах и член католического ордена) - однако Оккам разворачивает перед нами объективно-атеистическую картину мира. Вселенная – как бессистемное собрание хлама, возникшее непонятно откуда, непонятно как, существующее непонятно для чего, и к тому же «в себе», так, что никакой вещи понять до конца невозможно.

Общие понятия, обобщения – это для Оккама такие мутные и размытые образы конкретных предметов. Для Оккама есть «это вот (конкретное) красное яблоко» и «это вот (конкретное) зелёное яблоко». А так же есть ещё и некое общее «яблоко» - смутные воспоминания о разных яблоках, сложившиеся в нечто неопределенно-зыбкое, среднестатистическое. Это ключ к пониманию всей пост-католической европейской мысли и всех теорий, возникавших на этой основе после Оккама. А так же ключ к пониманию нарастающего безумия белой расы – по мере изживания ею томизма, креационизма и других концепций, сделавших былую Европу великой. Оккам в частности и номинализм в целом – заложили в традицию мышления европейца «безумие замедленного действия», эдакую бомбу с часовым (точнее, вековым) механизмом.



[1] Псевдоним литературный уфимца Александра Анатольевича Стреле.

[2] Сслово religio, религия, происходит от латинского глагола religare —вязать, связывать, привязывать.

А. Леонидов-Филиппов.; 5 июня 2015

Поделитесь ссылкой на эту статью

ВКонтакте
Одноклассники

Подпишитесь на «Экономику и Мы»

Почитайте похожие статьи

Подписка

Поиск по сайту

  • ИСТОКИ ФАШИЗМА И ЛИБЕРАЛЬНАЯ ДЕМОКРАТИЯ

    ИСТОКИ ФАШИЗМА И ЛИБЕРАЛЬНАЯ ДЕМОКРАТИЯ Говоря в трёх словах, фашизм – это идея радикального скотства. Но поскольку такие три слова похожи на ругательство, а ругаться не входит в наши планы, то придётся их развернуть. В глубинной основе фашистского движения лежит радикальный отказ от «химер сознания» - высоких, невещественных идей, связанных с сакральными образами и священными представлениями. Отказ идёт в пользу вещественных и грубо-материальных, ощутимо-плотных явлений. И за счет этого очищенная «верхняя полочка» сознания оказывается заполнена грубыми зоологическим отправлениями, которые теперь «исполняют обязанности» высших ценностей и духовных идеалов.

    Читать дальше
  • ТЕОРИЯ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА

    ТЕОРИЯ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА Говоря о проблеме частного предпринимательства, мы должны разъяснить те стороны вопроса, которые не понимали коммунисты, и не понимают либералы. КПСС после Сталина (подчеркиваем – ПОСЛЕ Сталина) вообще обходилась без частного предпринимательства, что и сделало систему в определённом смысле инвалидом, и предопределило во многом её крах. Либералы же – напротив, думают заполнить всё и вся частным корыстным интересом, думая, что «тут-то и жизнь хорошая начнётся». Но жизнь устроена не так, как думают коммунисты. И не так, как думают либералы. Истина – оказалась между двух основных стульев, на которые сел ХХ век…

    Читать дальше
  • ИЗДАТЕЛЬСТВО КНИГАМИ ПОЛНИТСЯ!

    ИЗДАТЕЛЬСТВО КНИГАМИ ПОЛНИТСЯ! Отдохнуть душой в кипящих буднях огневой современности поможет наше братское уфимское начинание - сетевое издательство "Книжный Ларёк". Он даст вам представление о живом литературном пульсе российской глубинки.

    Читать дальше

Невозможно добиться общественной справед­ливости, не обеспечив справедливости в отношении каждого конкретного человека — А. Прокудин.